Новости прибывают

Полевой дневник Дмитрия Мельникова

Минск--Брыцаловичская пуща (Могилевская обл.)

.

Есть в Беларуси в 100 км от Минска terra incognita, именуемая специалистами Брыцаловичская пуща (от д. Брыцаловичи Могилевской обл.). Уникальная территория сформирована массивами дубовых, грабовых, осиновых и черноольховых лесов, вблизи затапливаемых весенними паводками долин рек Березина и Свислочь, что определяет богатство кормовых угодий для таких охраняемых видов птиц, как черный аист, малый подорлик, черный коршун.Лет 10 назад были развернуты работы по приданию этой пуще статуса Национального парка, но вскоре все заглохло, и очень жаль: уникальная флора и фауна, красивейшие места вблизи от столицы.Мы, Экспедиция, участвуем в возрождении красивой идеи: Национальному парку «Брыцаловичская пуща» быть! Символом проекта стал образ Черного Аиста.Это настоящая экспедиция, совместно с НИИ зоологии Академии наук РБ с целью обнаружения неизвестных мест гнездования черного аиста и передачи их под охрану государству.

.

Научным руководителем экспедиции была назначена Марина Дмитренок, научный сотрудник Института зоологии АН РБ.ОТБОРЫ.Было это так: четыре дня ребята из клуба «Поиск» при Минском зоопарке в фирменных оранжевых футболках Экспедиции, в пробковых шлемах, с биноклями и компасами на груди бороздили Немигу и проспект Победителей, раздавали заинтересованным людям Анкеты на участие в отборах в экспедицию. Особенный колорит нашей команде придавали две совершенно очаровательные собаки породы хаски (разновидность северных ездовых собак). Их с удовольствием гладили и фотографировались с ними. Ребята никогда еще так легко не заводили знакомств с таким количеством красивых девушек. Достаточно было одного вопроса: «Девушка, поедем с нами в Экспедицию?!»Те, кому наша идея была симпатична, заполняли Анкету и опускали ее в оранжевый скворечник в нашем магазине. Отборочная комиссия выбрала наиболее интересных кандидатов. Они, кроме всего, должны были уметь:- ориентироваться на неизвестной местности по карте и компасу;- разжигать костер в любую погоду;- приготовить пищу в полевых условиях.Из всех были отобраны шесть наиболее экспедиционно-пригодных ребят.Очень было на душе благостно, оттого что удалось убедить госчиновника (к сожалению, пожелавшего остаться неизвестным) не брать с нас денег за снаряжение: «ведь не себе ж на дачу я аистов ловить еду, ведь детишек везем, ведь науке помогаем». Получается, что мы – государственные люди.

1. Отправление.Собираемся в Зоопарке напротив вольера с зубрами. Грузим в прицеп огромные рюкзаки, палатки, спальники, особенно живописно выглядит то, как в чрево прицепа медленно друг за другом уходят продукты: колбаса, макароны, тушенка… Развернув флаги Экспедиции,  колонна выплывает за ворота и ложится на курс. С Богом!2. Деревня Брыцаловичи.Километров через 90 сворачиваем с Могилевки. Деревня Брыцаловичи. Мемориал памяти жителям сожженной деревни. Ничего раньше не слышал об этом памятнике. А сколько их еще по земле белорусской: не центральных, не интуристских, а таких вот  монументально безлюдных, не планово возникающих на чьих-то маршрутах! Позже мы увидим   у лесной дороги железобетонный холм с отбитой звездой, я упрекну себя, что поленился  перелезть через колдобину, чтобы хотя бы прочесть в чью память он.

3. Деревня Устяж.Въехали в деревню. Последний населенный пункт на нашем маршруте. Надо набрать воды… Джипы перегородили узкую улочку. Местные изумлены и не сразу врубаются, про какую воду мы говорим. С удовольствием ведут нас во двор к колодцу, наполняют наш бидон. Вижу, что наш Саша-фотограф снимает бабулек на скамейке. Чувствую, что кадры будут классные, прошусь к бабулькам посидеть на завалинке. С удовольствием позирую Саше. Как-то незаметно начинается разговор про войну. Один мужик (в 41-м ему было 10лет, я так и не спросил, как его зовут) рассказывал:”Немцы пришли на третий день войны. Прошли по деревне, никого не трогали, еду не забирали: у них с собой много всяких сухпайковых штуковин было, а кухни полевые через несколько дней проходили. Это немцы типа в поход пошли, до Москвы. Наши когда уходили, оставили два танка и 10солдат, а немцев лавина шла, всех постреляли. А когда наши наступали, немцы деревню сожгли, наши опоздали часов на шесть”.

4. Иду по азимуту.Место для лагеря выбираем недолго. Прямо с марша делимся на две партии: одна, экспедиционный корпус, получает по куску сухой колбасы, ломтю хлеба, огурцу и уходит в лес на поиски черного аиста; другая остается разбивать лагерь.И вот я занимаю место в разворачивающейся вдоль просеки цепи. Минутная готовность. Команда «азимут 240! пошли!!!» Цепь входит в лес. Минута движения, и - никого не видно и не слышно ни справа, ни слева. Потом, когда ты ждешь ответа на свой клик, а ответа нет, ты уже не без трагизма кричишь громко «Оу!», - а в ответ тишина… Очень волнительно! Как хорошо, что человек изобрел компас и дал его мне с собой в лес!

5. Вырубка.Пробираемся через чащобу. Выходим на вырубку. Находим на свежем пеньке две желтые каски, огурцы и хлеб. Вот завтра лесорубы удивились бы, если б мы поменяли их желтые каски на наши оранжевые кепки, огурцы - на бананы, а хлеб - на водку.Потом натыкаемся на заброшенный высоковольтный столб. Почему-то думается про СССР.

6. Алексеич заблудился.Алексеич читал лесные столбики как книгу: «6-7:20 СР-0,5» было ему совершенно открыто. Он шел в цепи по правому краю. Я перестал его слышать в перекличке уже после первого переклика. Когда мы вышли на дорогу, его, бывалого лесного волка, среди нас не было.Спрашиваю у ребят, откликался ли он.- Да, но как-то не очень.- Это как?- Негромко и как-то без энтузиазма, и без нотки трагизма в голосе.Мы с Мариной отправляем ребят в лагерь и  идем искать Алексеича. По телефону из лагеря сообщают, что его мобильник не отвечает… Это тревожит. Нашелся он часа через два, попросил прощения и больше с нами в лес на прочесы не ходил, дежурил по лагерю и хорошо дежурил, особенно меня умиляло, как красиво он укладывал в стопочки дрова.

7. Ночной лесоповал.В свете фар джипа выбирали  хороший сухостой. Завалили высокую сосну. Вот только что ее вершина была в небе, а сейчас – на земле.

8. Чай со сгущенкой.Чай со сгущенкой - класс! Как давно я не пил чай со сгущенкой!9. Алексеич рассказывает свои байки.Однажды Алексеич встал между двумя бывшими зеками, повздорившими из-за  таборщицы. Один был вооружен карабином. Алексеич храбро бросился на него и отобрал карабин. А потом всю ночь не спал, опасаясь, что обиженный зек придет к нему с топором. А было Алексеичу тогда 22 года, он приехал по распределению (сам попросился «2 лаптя по карте от Минска») в Амурскую тайгу в лесоустроительную экспедицию. Утром обиженный зек пришел за расчетом:

- Алексеич, вызывай вертолет, а то я, не дай Бог, ночью кого-нибудь порешу.

Алексеич связался с большой землей, отправили зека с таборщицей от греха подальше.

Еще незабываемее был эвенк, который не понимал, почему русские через тайгу просеки прокладывают:- Зачем через тайга ходить прямо? Тайга надо ходить немного сюда - немного туда, а прямо тайга ходят только глупые.Как-то Алексеич заготовил 15 кг кедровых орешков и подвесил их на высоте 30- 40см в чехле от спальника, а бурундуки умудрились прогрызть дырочку и оставить в мешке только шелуху.

Был Алексеич и ранее в экспедициях: в казахстанских солончаках разыскивал растения, которые могли бы жить на солигорских терриконах. И еще про пропавшую в здешних местах вместе с машиной московскую экспедицию рассказал.

10. Барабанно-факельная феерия.И вдруг в тишине вековой пущи утробно ухнул африканский барабан джей-бей и пошел громко вздыхать и поливать окрестности раскатистой дробью. Это Саша Мазуркевич, которого мы считали просто классным фотографом и профессиональным авто-стоппером, дал джазу. Не дав опомниться, шоу стремительно стало круче: Коля отошел от костра и в темноте  замелькал огненный шест, то обнимая его обнаженный торс, то взлетая  высоко в небо… и барабан… барабан… барабан…В последний день мы вспоминали самые яркие события нашей экспедиции, Марина сказала, что ЭТО было самым ярким и впечатляющим. Ребята рассказали, что иногда они устраивают  такие фаер-шоу под мостом на Немиге. Я предложил пригласить на такое мероприятие  симфонический квартет. Предложение было принято. Очень хочется организовать выставку его фоторабот «Из жизни автостопера».

1. На учения! Поскольку в первый день штурмом гнезда найти и взять не удалось, пришлось вводить в действие План «Обстоятельный»:С помощью карт и планов лесонасаждений предварительно выбираются участки, наиболее пригодные для обитания черного аиста, а именно: старовозрастные леса, расположенные вблизи  кормовых угодий (поймы рек и ручьев). В этом районе выбирается площадка с хорошим обзором на лес (луг, большая поляна и т.д.).

Здесь в течение 2- 3 часов с помощью зрительной трубы и биноклей будут вестись визуальные наблюдения за кормовыми перелетами черного аиста (т.е. перелеты от гнезда на место сбора корма и обратно с кормом). На точки, куда аист садится с кормом, будет взят азимут. С помощью GPS-навигатора и взятых  азимутов в лесу будет найден участок, в котором предположительно располагается гнездо. В случае обнаружения гнезда черного аиста, оно будет обследовано специалистом–орнитологом и с помощью участников экспедиции проведено кольцевание птенцов официальными кольцами Белорусского Центра кольцевания и специальными кольцами с логотипом «Экспедиции».

Марина, наш очаровательный научный гений, велела быть на позициях в 8-00, поэтому, быстро и вкусно позавтракав (спасибо вам, дежурные Алексеич, Мустафьич и Антон, что вы раненько встали и приготовили нам кашу с колбасой и чай в копченых котелках и даже ведерко салата), мы выезжаем на поиски наблюдательного пункта. Я докладываю, взяв под козырек:

- Товарищ научный руководитель экспедиции, джип на курс положен!

А она мне в ответ вот такую историю:

- Один мой знакомый водил в орнитологический поход группу англичан. Маршрут проходил через болотце. Орнитолог наметил азимут и говорит: «Пошли!», а переводчица просит:

- А нельзя ли обогнуть болото?

Орнитолог, подумав:

- Поздно: я уже взял азимут!

2. Электропастухи.

Движемся по живописной трассе.

- Стоп машина! «Отсель грозить мы будем шведам!»- перед нами огромный луг со стадом коров, два пастуха с как будто бы специально для приколов проходящих мимо экспедиций  маленькой мохнатой собачонкой, за лугом – лес. Очень хочется, чтобы там жили аисты.

Аисты, ну, пожалуйста, делайте себе там гнезда, живите, обнаруживайтесь и передавайтесь под охрану государству!

Над лугом стоит какой-то тихий электрический шум.

- Это электропастух,- объясняют пастухи.

Так вот он какой, электропастух.

- А аистов тут черных не видели?

- Не, но мы тут недавно, мы не местные.

- Откуда?

- Из России.

- А что, уже выгодно в Беларусь из России на заработки  пастухами  приезжать?

- Да не-е, мы так … и фотографировать нас не надо…

3. Призрак Черного Аиста.

Марина расчехляет орнитологические когти:

- Так, штурмовая бригада, тренироваться!

Ребята попробовали полазить по деревьям с помощью этих приспособлений: хорошая вещь, но человеческой сноровки требует все равно.  Пока одни осваивают новую технику, остальные пристально вглядывается в даль: кто в бинокль, кто в орнитологическую трубу.

- Марина, а что это за птица?

Марина сходу определяет:

- Коршун. А вон там, правее, подорлик… А вот…Так, дайте бинокль…Да, вот он, черный аист.

Мы бросаемся к трубе: величавая черная птица, вытянув шею, парит над кромкой леса …и уходит из поля зрения. В экспедиции радостное волнение - черный аист тут есть. Ура!

4. О диких кабанах.

Переезжаем. Разбиваем наблюдательный пункт возле картофельного поля. Трактор поливает поле какой-то химией («чтобы картошка стояла зеленой»). По полю ходит аист и очень вяло уступает дорогу сигналящему трактору. Человек, который наблюдает за работой трактора (агроном!) говорит, что в том лесу, над которым мы видели черного аиста, полно кабанов. Марина рассказывает нам о правилах поведения при встрече с кабанами: оказывается, надо просто на них не нападать и уступить им дорогу.

1. Сельская больница. Перед выездом из лагеря Ванечка обнаруживает впившегося в пуп клеща. Алексеич предлагает самый технически простой способ лечения: залить клеща подсолнечным маслом, он задохнется и вылезет наверх. Алексей Мустафьевич за то, чтобы привязать к клещу ниточку и измучить его длительными подергиваниями. Решаем все-таки везти Ванечку в больницу в Елизово. Забрасываем группу на наблюдательный пункт, разворачиваемся и – в Елизово.

Маленькая больничка, но с палатой для ветеранов ВОВ и телевизором в углу коридорчика. Доктор попадается интересующийся: расспрашивает про оранжевый джип, про Экспедицию, одобряет, что детей везем бесплатно, но про черных аистов в здешних местах не слышал. Медсестричка отчитывается о процедурах над «запущенным мужиком из Устяжи». Я вставляю:

- Наверное, такой же запущенный, как и его деревня…

И вдруг получаю возле носа кулак медсестры:

- Ты чего это мою деревню хаешь!

Доктор заступается:

- Ты вот патриотка, а из деревни-то уехала. А вообще, раньше в советские времена, если у кого свадьба или похороны, так туда ездили: устяжская самогонка знатная была, - это он рассказывает, уже деловито ковыряясь в ванечкином пупке. Я пробую разузнать насчет того, когда, мол, анализ клеща на энцифалитность делать будем? Доктор даже не поднимает на меня глаза, выбрасывая в урну ватку с останками клеща:

- Это вам в район ехать надо было, а мы тут только их вытаскиваем и выбрасываем.

Ванечка спасен. Тепло прощаемся с доктором и ложимся на обратный курс.

2. Есть черные аисты.

Мы возвращаемся на позиции. Среди наблюдателей царит легкая эйфория: видели черных аистов, причем не одного, а пару. Бинокли непрестанно переходят из рук в руки, возле трубы очередь. Марина говорит:

- К сожалению, мы не засекли место вылета, будем наблюдать: надеюсь, они сядут на гнездо, а не на кормовую базу.

Наблюдаем: очень красиво они кружат, зависая в небе. От второй группы наблюдателей с другой стороны дороги приходит радостное известие: засекли место вылета черного аиста и вон он, аист, кружит над лесом. Итак, наша экспедиция наблюдает за полетом трех черных аистов: мы радостно взволнованы. Потом в своем интервью ОНТ и СТВ Марина именно об этом моменте скажет:

- До настоящего момента учеты численности черного аиста на исследуемой территории не проводились, и было неизвестно, насколько обычен здесь этот вид. Ввиду того, что экспедиция проходила уже в конце гнездового сезона, нельзя точно определить численность данного вида. Однако можно утверждать, что черный аист здесь достаточно обычен (в трех точках наблюдения отмечено около 5 особей), и его плотность в лесных массивах исследуемой территории может оказаться сравнимой с лесами заказника "Средняя Припять", которая, по предварительным данным, является  наиболее высокой для территории Беларуси.

3. К нам приехало телевидение.

Местные были явно изумлены этим зрелищем: два оранжевых джипа с флагами, машина с надписью «СТВ» на бортах, 2 съемочные группы, группа подростков в оранжевых майках вокруг огромной подзорной трубы на треноге, и все смотрят поверх пасущихся коров на их обыкновенный лес и делают непонятные знаки, - что происходит?

Мы засекли место вылета аиста. Команда «В сапоги!» вызывает небывалый энтузиазм у  операторов. Они вскидывают камеры и бодро снимают нашу подготовку к выходу в лес и, более того, глазом не моргнув, идут туда с нами, отмахиваясь от полчищ комаров, героически продолжая исполнять свои профессиональные обязанности.

4. Аист белый: облом.

Мы очень хотели, чтобы черные аисты были окольцованы нашими кольцами с логотипом  Экспедиции, но следующий эпизод показал, насколько это было нелегким делом. Мы нашли гнездо белых аистов на красивой опушке леса  и решили отработать технологию кольцевания. И вот, когда мы подошли к гнезду, птенцы настороженно приподнялись. Марина сказала:

- Теперь смотрите: или спланируют на землю, и тогда - наши, или станут на крыло и тогда уж - «наша встреча была ошибкой».

Мы сделали еще пару шагов. Птицы с необыкновенной легкостью взлетели и были таковы.

- Уже поздно для кольцевания, но эта наша разведка очень важна, - сказала Марина, а я  подумал: «Белый аист, вот он, посреди поля: иди, бери, а за черным-то походить надо, да по зарослям, да по болотам да знаючи как! Так и в жизни за чем-то значительным, редким, неуловимым – надо потоптать дороги и бездорожье».

Приходит в голову мысль, которая вечером у костра становится тостом:

- Черный аист – это не птица, это – имя идеи, что есть такое богоугодное дело- помочь человеку войти в храм природы. Ребята, которых мы привезли в эту экспедицию, сами станут центрами экологического образования, новых экспедиций. А Марина, сугубо ученый человек, которому вроде как совершенно некогда заниматься педагогикой, никуда не денется, и будет исполнять свой долг - будет рассказывать детям о том, что человек - не царь природы, а только один из видов ее животного мира.

1. С кем в разведку? С ночи дождь. Решение: лагерь сворачивать. Сначала надо подвести итоги. Предлагаю штабу экспедиции оценить экспедиционнопригодность каждого из ребят и выявить самого того, с кем бы пошел в разведку. Неожиданно возникают разногласия о степени педагогичности данного мероприятия. Находим компромисс: мы оцениваем их, они - нас. По итогам - призы. Записки бросаем в тот самый оранжевый скворечник, с которого все начиналось…Готово! Считаем: самый крутой парнище- Ванечка! А из штаба - Алексееич! Абсолютно согласен с результатами. Не без гордости отмечаю и два голоса за себя. Перед награждением проводим среди ребят розыгрыш оставшихся продуктов: кому-то достается  тушенка, кому-то пачка макарон, а некоторым счастливчикам - банка сгущенки.

2. Трофеи. Вручаем наградные трофеи. Ванечке – пробковый шлем вьетнамских партизан, Алексеевичу – фирменная майка Экспедиции с очень популярным (но отнюдь не детским слоганом – «Мы в ответе за тех, кого напоили»). А Марине, знатному орнитологу-полевику, - фирменную в чехле треногу для костра. Марина торжественно обещала не хранить ее в неприкосновенности, а нещадно применять в своих многочисленных походах: этой треноге повезло!

3. Походная поэзия.      Я хотел, чтобы все участники экспедиции написали мне что-нибудь в альбом, сидя у прощального костра. Начал с Коли. Он так основательно принялся за дело, что я понял: больше уже  никто не успеет: - Ты что, в стихах пишешь? - пошутил я. - Да, - ответил Коля, закрыл тетрадь и отдал мне. Я убрал ее в рюкзак и открыл только через два дня: там были стихи, хорошие, про экспедицию, на белорусской мове. Так что есть и такой результат.

4. Заповедная красота.      На обратном пути Марина борется со своим чувством долга - показать нам те самые уникальные места Брыцаловичской пущи или ехать уже домой? К счастью, побеждает чувство долга: обязательно показать! Сворачиваем с дороги в лес. Места необыкновенно красивые! Дубы, грабы, черноольховый лес! Мы находим потрясающей ширины сосну. Измеряем: больше трех метров в обхвате. Засекаем GPS-координаты, фотографируем: будем оформлять документы на передачу Государству под охрану как памятник природы, а еще мы находим пластиковые бутылки…

5. Неуловимое.      А ведь я возвращаюсь из этого приключения другим, иным, чем был всего несколько дней назад, - мелькнуло крыло светлой мысли… Я додумаю эту мысль до конца позднее, а сейчас я просто наслаждался красотой, обществом и этой недопойманностью безотчетного чистого чувства.

Экспедиция-разведка удалась. Нас прибавилось, тех, кто будет за то, чтобы здесь был Национальный Парк.Мы расскажем об этом чуде всем, кого знаем, чтобы нас было больше. Черный аист, черная жемчужина Беларуси, здесь есть! В следующий полевой    сезон кольца с логотипом Экспедиции станут частью проекта о взятии гнезд черного аиста в Брыцаловичской пуще под охрану государства. 

Побывайте здесь - бережно, чисто, с любовью. Экспедиция дарит вам этот маршрут. И напишите нам о своих впечатлениях! Пришлите фото.

Всем, кто нам понравится – фирменный приз! Дмитрий Мельников, начальник Экспедиции.

melnikov@expedition.by